Сергей Эйзенштейн. Четвертое измерение в кино -
18 >
примитивно внешнего путем перемещения.
Третья категория -- тональная -- могла бы назваться мелодически
эмоциональной. Здесь движение, уже во втором случае переставшее быть
перемещением, отчетливо переходит в эмоциональное вибрирование еще
более
высокого разряда.
Четвертая категория -- новым приливом чистого физиологиама как бы
повторяет в высшем разряде интенсивности категорию первую, снова обретая
стадию усиления непосредственной моторики.
В музыке это объясняется тем, что с моментом вступления обертонов
параллельно основному звучанию вступают еще так называемые биения, то есть
такой тип колебаний, которые снова перестают восприниматься как тона, а
воспринимаются скорее как чисто физические "смещения" воспринимающего. Это
относится к резко выраженным тембровым инструментам с большим
превалированием обертонного начала.
Ощущения физического "смещения" они достигают иногда почти буквально:
очень большие турецкие барабаны, колокола,
орган.
В некоторых местах "Генеральной линии" удалось провести конфликтные
сочетания линий тональной и обертонной. Иногда же столкнуть еще и с
метро-ритмической. Например, отдельные узлы внутри крестного хода: "нырки"
под иконы, тающие свечи и задыхающиеся овцы к моменту экстаза' и т. д.
Любопытно, что по ходу разбора мы совершенно незаметно провели знак
субстанционного равенства между ритмом и тоном, установив между ними
такое
же стадиальное единство, как я в свое время установил стадиальное единство
понятий кадра и монтажа.
Итак, тон есть стадия ритма.
Для пугающихся подобных стадиальных сведений воедино и продления
свойств одной стадии в другую в целях исследовательских и методологических