Сергей Эйзенштейн. Вертикальный монтаж -
2 >
единый обобщающий конечный образ представления о потопе.
Таким образом, мы видим, что переход от монтажа немого фильма к монтажу
звукозрительному ничего принципиально не меняет.
Наше понимание монтажа в равной мере обнимает и монтаж немого фильма и
монтаж фильма звукового.
Это отнюдь не значит, что сама практика звукозрительного монтажа не
ставит перед нами новых задач, новых трудностей и во многом совершенно новую
методику.
Наоборот, это именно так.
И поэтому надо как можно обстоятельнее разобраться в самой природе
звукозрительного феномена. И прежде всего встает вопрос о том, где же искать
предпосылок непосредственного опыта в этом деле.
Как и всегда, неисчерпаемым кладезем опыта останется и остается человек
2.
Наблюдение за его поведением, в частности, в данном случае, за тем, как
он воспринимает действительность и как он охватывает ее, создавая себе
исчерпывающий образ ее, здесь навсегда останется решающим.
Дальше мы увидим, что и в вопросах узкокомпозиционных снова же человек
и взаимосвязь его жеста и интонации, порождаемых единой эмоцией,
окажутся
решающим прообразом для определения звукозрительных структур, которые
совершенно так же вытекают из единого определяющего образа. Но об этом, как
сказано, дальше. Пока же с нас хватит и следующего положения. Чтобы найти
правильный подбор именно тех монтажных элементов, из которых сложится именно
тот образ, в котором мы ощущаем то или иное явление, лучше всего остро
следить за собой, остро следить за тем, из каких именно элементов
действительности этот образ действительно складывается в нашем сознании.
При этом лучше всего ловить себя на первом, то есть наиболее
непосредственном восприятии, ибо именно оно всегда будет- наиболее острым,