Библиотека кино

6 >

Певец. "...Даже статуи дышат".
Две беседующие дамы, мать и дочь, едва смотрят друг на друга. Одна стоит
впереди, другая за ее спиной. Их темные локоны почти полностью скрыты под
высокими перламутрово-белыми уборами. Перед ними - величественная композиция из
фруктов и тыкв.
101
Миссис Герберт (старшая, мать второй). Как ты думаешь,
твой отец пригласит мистера Нэвилла сделать рисунки нашего дома?
Миссис Тэлманн. Может статься, шансы мистера Нэвилла, да и ваши тоже,
увеличатся, если вы пригласите его сами?
Миссис Герберт. О, для меня это слишком уж сложно. Твоего отца может
удивить несвойственная мне смелость.
Миссис Тэлманн (слегка улыбаясь). Ну, значит, вы удивите его, а,
возможно, и мистера Нэвилла. Но если это пугает вас, матушка, мы могли бы
обвинить во всем самого мистера Нэвилла.
Мистер Нэвилл стоит между мистером Клементом и мистером Тэлманном и держит
тарелку со сливами. Их освещают две свечи.
Мистер Нэвилл. В моей власти порадовать или огорчить заказчика,
изобразив его дом в тени... (Подняв правую руку в широкой белой манжете, бросает
тень на свое лицо.) ...или на ярком солнце. Вероятно, я даже до некоторой
степени способен вызвать ревность или удовольствие мужа... (Берет сливу с
тарелки и держит ее в руке.) ...нарисовав его жену... (Медленно поднося сливу ко
рту.) ...одетой или раздетой.
Те двое, что смотрят на него, отводят глаза с едва скрываемым
неодобрением.
Миссис Тэлманн и мистер Герберт - ее отец - едва смотрят друг на друга. Он
находится перед зеркалом в оправе из золотой листвы с пятью свечами. Слышна
приглушенная игра на клавесине. Оба персонажа освещены мягким, интимным све
 
том, бросающим на их кожу чувственные отблески и заставляющим
сиять белые парики и кружева.